Сегодня:
ТОР » Мнения о людях » Александр БОГОМЯКОВ: об истории рода
30-06-2020, 15:26, Мнения о людях

Александр БОГОМЯКОВ: об истории рода

Александр БОГОМЯКОВ: об истории рода
Мнение о: Богомякове Геннадии Павловиче

История рода до моего деда Малаха Мартынова
Составил А. П. Богомяков по записям Николая Климовича Нестеровича (деревня Нестеровка).
 



Мой дед Богомяко Малах Мартынович жил в деревне Капланцы, что находится в Белоруссии. Женат был на Богомяко (Цедрик) Евгении (Авгинье) Леонтьевне, родившейся в 1863 году. Дед в 1907 году во время Столыпинской реформы переехал из деревни Капланцы в Сибирь, деревню Васильевку Кемеровской области (в 1907 году – Томская губерния).

 

Здесь попытка описать жизнь наших предков: пра-пра-пра…

 

Что можно написать о том времени, когда сам тогда не жил и даже спросить не у кого? Только общие соображения и сведения о том времени из книг (точнее из интернета). Наверное, жили, как и мы в деревне: садили огород, поливали, держали живность и косили сено, рубили дрова, топили печь и т. п. А также купались, загорали, любили друг друга, женились и рожали детей. 

Родина моих деда и бабушки – Малаха Мартынова и его жены Евгенiи, в девичестве Цедрик (имена и фамилии – как в церковных записях) – Минская губерния, Игуменский уезд, село Капланцы. Сейчас – Минская область, Березинский район. Капланцы находятся чуть ниже Березино.


На карте обвел красным Капланцы, но прихватил Погост, Милостово, Нестеровку, Дулебы, которые встречаются в церковных записях. Все эти села и деревни имеют длинную историю, поскольку в церковных записях они упоминаются с 1795 года. В них проживали мои предки.

В записях 1895 года с исправлениями до 1900 года (в Минской губернии).

Ксенiя (16 лет, в замужестве за Павлом Васильевичем Лапценком с 1898 года), здесь есть примечание: село Васильевка. Это, видимо, Васильевка Игуменского уезда Минской губернии. Лапценок – дальний родственник по линии моей бабушки. 

В последующих церковных записях, как видно выше, Ксенiя с мужем отсутствуют. Видимо, они одни из первых переехали в Сибирь, в деревню Васильевку Томской губернии, а затем всех перетянули. 

В январе 1793 года Минск был присоединен к Российской империи в результате второго раздела Речи Посполитой, 3 апреля того же года стал центром новой Минской губернии.

Видимо, поэтому первые записи в российских церквях были только в 1795 году. Потом уже в 1811 году, как раз перед нашествием Наполеона.

Вот эти первые записи Капланецкой, Погостской и других церквей мне прислал Николай Климович Нестерович (из деревни Нестеровки). Он любитель копаться в архивах. Кстати, он, получается, наш родственник.

Далее, обратите внимание на то, что записи приводятся как они есть в церквях. Малах Мартынович – Малах Мартынов. Буква «и» часто пишется по-латински i. Могут записать так: мужа – Богумяка, а жену – Богомяка. Записи болезней: не чахотка, а чехотка и т. п. Есть болезнь «отилатит», которую я вообще не нашел в интернете.

Как нам известно, Малах Мартынов Богумяка с женой Евгенией Леоновой Богумяка (Цедрик) в 1907 году по Столыпинской реформе переехали в Сибирь, в деревню Васильевку. Ранее это была Томская губерния. Ныне это Кемеровская область, Юргинский район, деревня Васильевка.

Малах переехал, скорее всего, потому, что в Васильевку перебрались его родственники. Поэтому на новом месте ему было легче освоиться. По присланным церковным записям, в Сибирь, предположительно в Васильевку, переехали.

 

1905 год, деревня Милостова

 

Запись 1905 года, а дополнена в 1907 году (Выехали в Сибирь или деревню Васильевку?).

– Леон Косцьмин Цедрик (65 лет)

Жена Татьяна Моисеева (60 лет);

Сын их: Лаврен (19 лет, род. 6 августа 1886 года);

Жена сына: Акулина Яков. (дев. фам. Семеняка) (24 года, род. 8 июля 1881 года);

Их ребенок: Владимир, род. в 1906 году.

 Вот запись про эту деревню, которая входила (до создания Кемеровской области в 1943 году) в Томскую губернию.

Деревня Васильевка (Кулаковская) располагается на реке Киик, в 130 верстах от Томска. Первое упоминание о деревне относится к 1782 году. До советского периода деревня носила официальное название Кулаковская и уличное название – «Простокишина».

По семье Малаха Мартынова запись об отъезде в Васильевку отсутствует. По этой семье с 1907 года нет записей. Это означает, что в Сибирь уехал не только Малах, но и нижеперечисленные.

 

1905 год, село Капланцы, записи отсутствуют с 1907 года

 

– Иосиф Викторов Кухаронок (46 лет)

 Жена Дарья Iосифова Богумяка (девичья фамилия) (41 год);

 Дети их: Марiя (18 лет), Татьяна (16), Прокофiй (11), Иван (8), Василий (2).

– Малах Мартынов Богумяка (33) (брат Иосифа)

 Жена Евгенiя Леонова Цедрик (д. ф.) (32 года);

 Дети их: Сергей (10 лет), Надежда (7 лет), Павел (1 год) – мой отец.

– Нестор Мартынов Богумяка (31)

Конечно, Иосиф Кухаронок и Нестор Богумяка могли уехать в другое место. Но это маловероятно. Жили большой семьей, а потом решили разлететься в разные края…

Хорошо бы сейчас пообщаться с жителями Васильевки. Возможно, кто-то из родственников остался. Есть ведь там полсотни старичков. То есть в Васильевке могут быть фамилии родственников: Кухаронок, Цедрик, Суша, Богумяка (Богомяко). Пока нет данных, как указал свою фамилию Малах по приезде в Васильевку. В Капланцах – Богумяка, а в Васильевке – неизвестно какая фамилия (по воспоминаниям потомков – Богомяко). 

 

Некоторое отступление по отцу

 

Впоследствии, работая на железной дороге станции Тайга, сын Малаха Павел (мой отец), имея знакомых в милиции, изменил фамилию на Богомяко́в (с ударением на последнем слоге) себе и племянникам: Леониду Сергеевичу и Илье Сергеевичу. Мы всегда считали, что Павел 1905 года рождения. Однако в записях он с 1903 года. Смутно вспоминаю, что он вроде рассказывал: чтобы поступить на курсы железнодорожников, ему пришлось убавить себе два года. Опять же изменения в паспорте.

Паспортизация в СССР началась в 1932 году. Павлу было около тридцати лет. Крестьянам паспорта не давали, а служащим, в частности железнодорожникам, да. Видимо, из Васильевки он переехал в Тайгу до 1927 года, поскольку старшая моя сестра Валентина родилась в 1927-м. 

Женился, возможно, в Васильевке…

Далее изложу историю рода со слов Николая Нестеровича, который и дал все эти данные, и из своих соображений. 

В 1793 году Минскую губернию отвоевала Россия у Речи Посполитой. До этого времени славяне примерно триста лет жили под польским владычеством. 

В 1795 году население Минской губернии было переписано. Видимо, это сделала церковь по заданию Москвы. Оказывается, и в то время что-то переписывали. Однако переписывали только мужчин. Наверное, в расчете на следующую войну. Женщин проигнорировали.

Первая всероссийская перепись была в 1897 году. 

Я подумал, как доступнее и понятнее дать эти сведения. Решил, что вначале дать древо (кто от кого), затем – соображения Николая и мои. 

Вначале по ветке Бугомяка (Богумяка) и Слабко. Кто от кого – можно посмотреть в древе до Малаха, поэтому здесь детально на всех ветках останавливаться не буду.

В 1795 году в Капланцах в доме 29 (может, и сейчас в этом доме живут потомки) был обнаружен первый Бугомяко.

Поскольку женщин не переписывали, то дочь Самуйло – Парасья Бугомяка – в переписи отсутствует. Однако присутствует зять – Василий Осипов Слабко. 

Отец Василия Иосиф Григорьев Слабко (село Капланцы, дом 51) – ровесник Самуйло, является предком по мужской линии. 

Сыновья Василия и Парасьи: Лукьян (род. 18 октября 1787 года), Иван (род. 2 февраля 1790 года), Матвей (род. 8 августа 1803 года) – были записаны не на фамилию Слабко, а на Богумяка. Возможно, на этом настоял Самуйло. Поскольку Василий Слабко жил в доме жены, то он считался примаком. А у примаков прав поменьше. Причем в церковных записях фамилия изменилась с Бугомяка на Богумяка. Кто венчал – х. Сымон Аксинкевич. 

Как пошутил в своих записях Николай Климович Нестерович, можно вернуть фамилию Слабко, которая должна быть у Богомяковых.

 

Отступление по фамилии Богумяка

 

Фамилия Богумяка образована от прозвища Богомяк, которое, вероятно, восходит к основам «бог» и «мякать». В «Толковом словаре живого великорусского языка» В. И. Даля диалектный глагол «мякать» трактуется как «просить». Скорее всего, родоначальник фамилии был глубоко верующим человеком, подолгу возносящим к Богу свои молитвы и прошения. Прозвище Богомяк легло в основу фамилии Богумяка. 

Хорошо бы узнать, кто сейчас живет в домах 29 и 51 в селе Капланцы. Наверное, потомки.

Далее все понятно по древу: от Парасьи и Василия – Иван, от Ивана и Марии – Мартын, от Мартына и второй его жены Евгении – Малах Мартынов (мой дед). 

 

Ветка бабушки, Цедрик Евгении Леоновой (Леонтьевны)

 

Здесь первый в записях – Сила Астапов Лапценок. Далее – его сын Прохор, дочь Прохора – Парасья (деревня Милостова) вышла замуж за Кузьму Цедрика (деревня Дулебы). У них детей не было. Затем Кузьма ушел в солдаты и, видимо, погиб.

Парасья родила ребенка: Лев (Леон) Косьмин Цедрик. По-современному – Леон Кузьмич Цедрик. Родила не от мужа (ребенок солдатки Парасьи, рожденный с неправого ложа), однако записала на фамилию мужа и дала его отчество.

Леон Цедрик женился на Татьяне Нестерович, моя бабушка Евгения была их дочерью.

Вот что пишет Николай: «Татьяна Моисеева Нестерович мне родня (Николай). Она из деревни Нестеровки. Я здесь же живу. Моисей – Татьяна – брат Татьяны Павел – сын Карп – дочь Анна (моя мама) – я (Николай). С уважением к вам, Николай Климович Нестерович»

Что мне бросилось в глаза при просмотре церковных записей – высокая детская смертность.  

  

История рода от Малаха

 

Повествование начато Богомяковым Александром Павловичем (далее – АП), с активным участием Богомякова Леонида Сергеевича (далее – ЛС). Включены воспоминания Богомякова Николая Павловича (далее – НП) и Тамары Павловны (далее – ТП). Дополняться будет всеми желающими. Внесены изменения по материалам, присланным из Республики Беларусь Нестеровичем Николаем Климовичем (далее – НК).

 

Семья Богомяко (Богумяка) Малаха Мартыновича и Евгении Леонтьевны (в девичестве Цедрик)

 

Начнем как в сказке. Жили-были в селе Капланцы Самуйло Демидов Бугомяка (дом 29) и Иосиф Григорьев Слабко (дом 51). Были у них дети: Парасья Бугомяка и Василий Слабко. Дети поженились 13 ноября 1784 года. Василию при венчании было всего 19 лет. Сколько было Парасье – неизвестно, женщин церковь не переписывала.

У Парасьи и Василия родилось трое сыновей: Лукьян, Иван и Матвей. Последний, Матвей, родился в 1803 году, а Василий умер в 1804-м в возрасте 39 лет.  

По церковным записям Василий Слабко жил в доме у жены (примак). Видимо, Самуйло Богумяка был крут, а Василий Слабко – слабоват. Иначе чем объяснить, что их дети с Парасьей записаны не по фамилии мужа Слабко, а по фамилии жены. Причем сразу записаны не Бугомяка, а Богумяка. До полного присоединения Минской губернии к России (1793 год). 

Далее Иван Богумяка женился на Марии Богомяка. Это не ошибка в тексте, так записана ее фамилия в церкви.

Их сын Мартын был дважды женат, от второй жены Евгении родился сын: Богумяка Малах Мартынович. Известно, что жил и женился он в деревне Капланцы.

Трудно сразу сказать, какая фамилия была у Малаха Мартыновича. Его сын Павел Малахович говорил, что настоящая фамилия у него была Бугомяк. Всеобщая паспортизация, начавшаяся в 1932 году, продолжалась долго (примерно до 1953 года). Кто какую фамилию называл, ту и записывали. 

Примерно в 1907 году Малах Мартынович из деревни Капланцы подался со всей семьей в Сибирь по Столыпинской реформе. Сыну Сергею было 11 лет, Наде 7 лет, Павлу 2 года (как выяснилось далее по церковным записям (НК): не 2, а 4 года).

Наибольший поток переселенцев был в 1908–1909 годах. Им давали кредиты, проезд был бесплатным. Специальные по конструкции, «столыпинские» вагоны позволяли везти с собой скот и имущество. После переселения на пять лет освобождались от налогов. Осели в Тяжинском районе Кемеровской области, в деревне Васильевке. Занимались сельским хозяйством, растили детей.

Сыновья Петр и Иван родились уже в Васильевке.

Малах Мартынович умер в 1936 (?) году в деревне Васильевке. Его жена Евгения умерла в семье сына Павла в Судженке 11 июня 1941 года. По рассказам родных, она чувствовала приближение 

войны и все говорила: «Хоть бы до 

войны не дожить». Не дожила ровно десять дней (АП).

Один из детей, Павел Малахович, решил поехать на родину (Капланцы), чтобы поискать родственников. Трудно себе представить, что Малах Мартынович был единственным ребенком в семье (как это представлено сейчас в древе). Возможно, в Капланцах остались родственники, ведь родина моего деда не Васильевка, а Капланцы. 

И в 1963 году я с отцом (Павлом Малаховичем, 1903 г. р.) и братом (Николаем Павловичем, 1928 г. р.) был в Капланцах. Это примерно 140 километров от Минска. Брат в то время возглавлял Минский завод полупроводников и имел служебную машину. 

Когда приехали в деревню, Павел Малахович спросил у местного жителя: 

– Кто у вас самый старый и чтобы память была хорошая?

– А вон идет с рынка старик, несет на себе мешок муки. Ему девяносто лет.

Когда Павел Малахович начал расспрашивать старика, тот сказал: «Конечно, помню. Я у твоего отца на свадьбе гулял (у Малаха Мартыновича)». После этого он назвал родственников и указал, где они живут. 

Родственники спрашивали, кто приехал: Сергей? Сергея увезли из деревни в возрасте десяти лет, поэтому его помнили. Павлу Малаховичу было только четыре года. Несмотря на то, что его не помнили, приняли хорошо. Самогон лился рекой. От этой поездки осталась фотография, на лавочке возле дома в деревне Капланцы.


Третий слева – Николай Павлович, далее – Павел Малахович и остальные родственники из деревни Капланцы. 

К сожалению, Павла Малаховича и Николая Павловича уже нет в живых, а молодой Александр Павлович не интересовался родословной. Сохранились некоторые воспоминания Николая Павловича. Он писал об этом в Джубгу Леониду Сергеевичу Богомякову. Вот эти строки из письма:

«Видимо, у нашего деда (воспоминания брата Николая Павловича), Малаха Мартыновича, были сестры, которые вышли замуж, и их потомки проживают в селе Капланцы Минской области. Встречался я с ними дважды. Последний раз в 1967 году, так что неизвестно, кто из них живой. Там жила двоюродная сестра с дочерью и мужем по фамилии Бондарчик Петр Васильевич. У сестры один год проживал ее брат Николай Николаевич (фамилию не знаю), который 25 лет проработал на шахте в Кузбассе и вернулся на родину в Капланцы, где и похоронен.

Там же проживает (может, уже умер) двоюродный брат Данила Мартынович Мармыль, который по заданию партизан в войну служил полицаем в этой же деревне и информировал партизан. Жил хорошо, поскольку пенсию ему установили хорошую».

Но продолжим о переселении. Как уже говорилось, переехали в деревню Васильевку Тяжинского района Западно-Сибирского края. Потом уже (в 1943 году) была образована Кемеровская область. Расположен район на северо-востоке области. Граничит на востоке с Красноярским краем. 

Одно время в деревне Васильевке была даже начальная школа. Как вспоминал сын Малаха, Павел Малахович: «Я закончил четыре класса и один коридор». Начальная школа в советское время была четыре класса.

Сейчас этой деревни нет на карте, но если посмотреть чуть выше пгт Тяжинский, то видно село Ступишино.

В школу в этом селе (примерно в трех километрах от Васильевки) ходили дети уже Сергея Малаховича (ТП). Видимо, там была уже средняя школа.

Более подробной карты не удалось достать, но, как видим, недалеко Тайга, Анжеро-Судженск, Яя, где далее обитала часть рода по линии Павла Малаховича.


Справа от Березовского – речка Золотой Китат. В начале 80-х годов мы (АП) с товарищем сплавлялись на плоту по ней. Доехали на поезде до Кемерово. Сутки шли до Китата. Сделали плот, нарвали колбы и пять дней плыли до впадения в реку Яя. Радио испортилось, водку выпили, пока шли к Китату. Поэтому, кроме жужжания комаров, пения птиц и журчания реки, не было больше никаких звуков. Плюс постоянно свежий воздух. За десять дней в тайге я отдохнул так (АП), как не мог раньше отдохнуть и за месяц. Золота, конечно, не намыли.

Как жила семья Малаха Мартыновича в Васильевке? Занимались земледелием. У каждой семьи были большие наделы. Неизвестно, служил ли в армии сын Малаха Павел, а Сергей служил на востоке в Порт-Артуре и Дальнем. Потом эти земли отдали китайцам (ЛС). По рассказам жены Сергея, он был и пимокатом, и строителем, и стекольщиком, и сапож-

ником. Это кроме сельхозработ. Он так и работал в Васильевке до самого ареста.

Павел, хоть и закончил «четыре класса и коридор» приходской школы, больше работал головой.

Примерно в 1923–1926 годах Павел переехал в Тайгу, устроился на железную дорогу – работал там в течение сорока лет: проводником, дежурным по станции (это то, что известно).

Далее пойдем по древу.

Суша (Богомяко) Надежда Малаховна. Известно, что какое-то время она жила в Судженке. Муж умер в Судженке. Детей было восемь: Александра, Андрей, Виктор, Любовь, Валентина, Зинаида, Алексей, Василий (ТП).

Старшая Александра рано ушла из семьи.

Далее Андрей – танкист. Два раза горел 

в танках. Вернулся с войны обгоревшим. Затем с матерью (непонятно, с женой или матерью) и двумя детьми уехали в Алма-Ату. В район Капчагайского водохранилища или далее. Их следы также затерялись. Был у меня адрес (ЛС) младшего сына Алексея (или Володи) – они близнецы. Я писал ему, ответа не получил. Один из близнецов жил в Анжерке, работал шахтером. Знаю, что в Анжерке были родственники 

(АП).

Виктор Суша, жена Лида из рода Вяткиных (старая купеческая семья). Знаю (АП), что Виктор Суша жил в Яе, в квартире двухэтажного дома недалеко от вокзала. У них с женой были сын Володя и дочь Надя (?). С Володей Суша мы учились в Яйской средней школе № 2. Он был младше меня года на два.

С Виктором Суша как-то ходили за шишками. Было нас несколько человек и лошадь с телегой.

До места доехали на телеге. Набили шишек, нагрузили телегу и пошли домой – сорок километров. Шли почти день и все время шел дождь. Пришли домой, разделись – вся одежда, включая трусы, мокрая от дождя. Пришлось оправдываться, что мы не купались. В 70-х годах дети Виктора (как я слышал) уехали в Алма-Ату и следы их пока потеряны. Однако хотелось бы найти Володю Суша. Я его знал лично и у нас были дружеские отношения.

Сохранилась фотография Виктора Суша.


Далее были Люба, Валя, затем Леша и Зина – двойня 1935 года рождения. Потом был Василий (ТП).

Любка была вредная, вся в отца. Валентина очень добрая. Русская красавица, 

круглолицая, с длинной пепельной 

косой – нарасхват, поэтому не была счастливой (ТП).

Сохранилась фотография Суша Владимира вместе с Ширкиным Николаем. Видимо, в Анжерке.

Богомяко Петр Малахович. Родился после 1905 года в деревне Васильевке. Жил на руднике Центральном в Тисульском районе. У него было четыре сына. По другим сведениям, было восемь или девять детей (ТП). Двое детей пошли через реку в соседнюю деревню, попали в полынью и утонули. Петр с женой и оставшимся сыном Василием уехали куда-то в Среднюю Азию, где Петр их бросил (ЛС). Петр переписывался с Л. С. (сын Сергея). Очередное письмо Л. С. вернулось с пометкой, что адресат умер. Письмо не сохранилось, как и последний адрес Петра.

По воспоминаниям (ТП), дезертировал с фронта. Его определили в штрафбат. Получил легкое ранение.

Сын Петра Богомяк (под такой фамилией он жил в Яе), Василий Петрович, приезжал с матерью, мы ее звали тетя Мотя (ТП) (видимо, Матрена), в Яю и некоторое время жил там, в бараке у вокзала, рядом с бараком, где некоторое время жила семья Павла Малаховича. Одноэтажные бараки были рассчитаны на четыре семьи. Это было примерно в 1957 году. Сколько времени они жили в Яе и куда уехали, не помню (АП).

Сохранились две фотографии Василия.


На первом фото Василий с матерью (тетя Мотя), то ли вернулся из армии, то ли приехал на побывку. На втором Василий с женой и детьми. Вторая фотография интересна тем, что на ней жена и дети, которых он привез после окончания службы. Дети не его, он взял женщину с двумя детьми. Тетя Мотя их сразу развела. 

Далее он женился на девушке по имени Галя. Ей было около семнадцати лет. Она сразу тетю Мотю поставила на место. Фотографий не сохранилось. Далее они все вместе уехали в город Джамбул. Сейчас – город Тара́з в Казахстане.

Василий, видимо, последний из оставшихся в живых детей Петра. В детстве тетя Мотя ему обварила спину, когда купала в тазу на плите. След на спине от того купания остался у него на всю жизнь.

У Василия и Галины было двое детей, Александр и Юра, которые родились в Яе. 

Богомяко Иван Малахович. Родился после 1906 года в деревне Васильевке. Младший сын Малаха. Год рождения неизвестен. После революции был призван в армию. Служил на востоке, в Иркутской или Читинской области, где его следы затерялись. Говорят, что он приезжал перед войной (или после) в Яю (Судженку) к Павлу Малаховичу. В Васильевку не приезжал. Потом уехал опять на восток (ЛС).

Что касается дяди Ивана Малаховича, то он у нас был и в Тайге, и в Судженке. В армию его забрали где-то в 1936 году. Из армии он прислал фото, где он снят вместе с другом – командиры Красной армии. После ареста твоего отца (Сергея Малаховича) связь прервалась. Знаю, что в последнем письме он писал, что женился там, на востоке, есть ли дети – не знаю (НП).

Интересно, что в Чите есть улица Богомягкова. Связано ли как-то это с Иваном, неизвестно. После ареста Сергея Малаховича (см. ниже) писать и общаться с Сергеем (как врагом народа) перестал.

Богомяко Сергей Малахович, 1896 г. р. Сергей вырос и женился на Лысенко Христине Николаевне 1903 г. р. Ее отца звали Лысенко Николай. Она говорила сыну (Леониду Сергеевичу), что ее родители были до революции купцами в Черниговской губернии. Они тоже переселились в Сибирь по Столыпинской реформе.

Жил в деревне Васильевке до самого ареста. 

Сергея забрали вечером 12 марта 1938 года. Припаяли какую-то несуществующую царскую армию и расстреляли.

При Хрущеве я стал разыскивать – ответ пришел на мать. Умер в районе Крайнего Севера. Не виновен. Реабилитирован посмертно.

На мой второй запрос ответ другой. Забрали 12 марта. Суд тройки. Расстрелян 19 марта. Матери назначили за него пенсию четыре рубля (ЛС).

Мне рассказывали, что забрали его за то, что поругался с председателем колхоза (АП). Как говорил мой отец, Павел Малахович: в это время давали в деревни разнарядку, сколько врагов народа надо было выявить. Допустим, должен выявить двух врагов народа. Если не выявил, то сам будешь арестован как враг народа. Поэтому председатель включал в список тех, на кого был зол (АП).

Жена Сергея Христина умерла в городе Березовском Кемеровской области в 1996 году. Прожила 93 года. 

У детей Сергея – Ильи, Анатолия и Леонида – фамилия не Богомяко, а Богомяков. Исправить фамилию им помог (себе тоже исправил) Богомяков Павел Малахович, когда он работал в Тайге и они к нему приезжали.

Дочь Сергея Богомяко Александра, ее муж Тельных Иван Иосифович, 1921 г. р.

У них три дочери. Живут в Алма-Ате. Леонид Сергеевич с ними держит связь, надеемся, что скоро что-то о них прояснится. Александра умерла примерно в 1984 году.

Сын Богомяков Илья, 1923 г. р. Фронтовик. Был сильно ранен. Умер. Было две жены. 

Первая, Безгина Валентина Максимовна, умерла от чахотки примерно в 1952 году. От нее была дочь Алла – умерла в Новокузнецке. 

От второй жены, Лены, две дочери и сын. Дочери не знаю где (ЛС). Отказались иметь связь. Сын, Владимир Ильич Богомяков, живет в Новосибирске. Почему-то ни с кем не хочет общаться. 

Помню, что Илья Сергеевич уехал перед войной в город Орджоникидзе (Владикавказ) к тете Красовской Августе Николаевне. Ее муж был мобилизован на трудовой фронт в Сибирь. Отец его забрал к себе перед концом войны и удачно отправил в Орджоникидзе (НП).

Сын Богомяко Михаил, 1925 г. р. Был ранен. Жена Валентина Романовна, 

1927 г. р. Дочь Таня. Они разошлись. 

Михаил погиб в Топках на лесозаготовках, год не помню (ЛС). Жена и дочь живут в Омске. 

Сын Богомяко Николай, 1926 г. р. Фронтовик. Последнее время жил в Омске, где и умер. Женат был на Екатерине Крюковой. Двое детей: сын Александр и дочь. Живут в Омске (живы ли?), связи не имею по их вине (ЛС). 

Сын Богомяков Леонид. Один из основных участников данного описания. Жена Лидия Петровна. Отец жены, Руденко Петр Григорьевич, умер в Томске в труд-

армии во время войны. Мать, Татьяна Григорьевна, жила с Леонидом и Лидией. В семье две дочери: Алла и Таня. 

Сын Богомяков Анатолий, 1934 г. р. Умер на Украине в 1995 году. Жена Мария умерла раньше. Их дети, Геннадий и Галина (близнецы), живут в Днепропетровской области. Связи с ними не имею (ЛС).

 Дочь Ширкина (Богомяко) Тамара, 1936 г. р. Муж Николай Кузьмич Ширкин. Оба умерли. Их сын Анатолий умер. Виктор с женой и тремя детьми живет в Березовском Кемеровской области. Две дочери Тамары, Надя и Ира, живут с семьями тоже в Березовском.

Богомяков Павел Малахович, 1905 г. р. Привезли его в Сибирь, когда ему было четыре года. Как рос в Васильевке, достоверно неизвестно. Переехал в город Тайга, где вначале работал на разных работах. Начинал работу в Тайге, потом полгода в Анжерке, затем в Судженке. Потом в Яе.

Старшая моя сестра Валентина родилась в январе 1927 года. Значит, женился Павел Малахович примерно весной 1926 года. Женился в Васильевке или уже в Тайге – не знаю. Есть фотографии мамы и папы с первыми детьми в городе Тайга. 

В 1933 году окончил курсы кондукторов и стал поездным кондуктором. 

С 1933 по 1945 год работал в Судженке. В Яю переехали 4 мая 1945 года. Разместились в двух вагонах: в одном – семья и часть вещей, в другом – корова и оставшиеся вещи.

Потом закончил курсы дежурных по станции и стал дежурным. 

Во время войны трудился начальником станции. Работники железной дороги имели бронь, поэтому его на фронт не взяли.

После войны его перевели в дежурные по станции, а затем запретили работать на железной дороге из-за проблем с сердцем (ТП).

Проработал он на железной дороге около сорока лет. Чтобы показать, как он хорошо знал систему железной дороги, приведу пример (АП). Уже в 60-х годах мы с ним поехали в Новосибирск. Поезда были все проходящие и стояли в Яе минуту. Павел Малахович просит у кассирши в Яе два билета. Та говорит: 

– Павел Малахович, билетов нет.

– Что ты мне говоришь, у тебя должен быть трехмесячный запас билетов.

– Билеты есть, но мест нет.

– А мне мест не надо, билеты дай.

Кассирша рассмеялась и дала билеты. Конечно, места, когда сели в поезд, нашлись (как всегда в советское время).

После выхода на пенсию работал начальником домоуправления, кочегаром, когда переехали в свой дом рядом с кладбищем – директором кладбища.

Агафья Павловна (моя мама) говорила, что был у нее в семье дед Федот, который делал скрипки. В советское время был известный балалаечник Рожков Михаил Федотович. Моя сестра Нина после концерта подошла к нему, чтобы выяснить, не является ли он нашим родственником. Он сказал, что сирота, ничего про родителей не знает. Но на борщ к Нине пришел, даже на балалайке поиграл.

В семье было одиннадцать детей. Мама имела орден «Мать-героиня», вручали в Москве (вроде Шепилов). Поскольку разница в возрасте у детей 21 год (Валя 1927 г. р., Саша 1948 г. р.), то полностью вся семья на фотографиях не присутствовала. Старшие учились в институтах, младшие еще подрастали. 

Первые четверо детей родились в Тайге. Примерно в 1933 году семья переехала в Судженку, 4 мая 1945 года (была поздняя Пасха) – в Яю. 16 мая, после переезда в Яю, Павел Малахович заболел паратифом. 

 

Дети Павла Малаховича

 

Дочь Валя, 1927 г. р. Родилась в Тайге. Получила высшее образование, стала врачом. Долго работала в Енисейске. Потом жила в Лазаревском (Сочи). Сейчас живет в Тюмени у дочери Светланы. Вторая дочь – Татьяна.

Сын Коля, 1928 г. р. Родился в Тайге. Получил высшее образование. Работал главным инженером и директором на заводах Новосибирска, Минска, Фрязино, затем директором НИИПП в Томске. Вся работа связана с разработкой и производством полупроводниковых приборов. Умер в 2009 году в Бердске. Жена Тоня после смерти мужа переехала в Томск к дочери. Там умерла 5 августа 2016 года. Двое детей: дочь Ирина и сын Сергей.

Сын Гена, 1930 г. р. Родился в Тайге. Получил высшее образование. Стал геологом. Защитил диссертацию. Участвовал в открытии тюменской нефти, за что получил Ленинскую премию. Далее работал по партийной линии, потом советником в Газпроме. Жена Лена умерла. Жил в Тюменской области. Двое детей: сын Володя и дочь Надя.

Сын Леша, 1930 г. р. Родился в Тайге. Получил высшее образование. Работал в Обнинске на первой в мире атомной станции. После выхода на пенсию жил в Яе. Умер в Яе в 2007 году. Жена Нина живет в Обнинске. Двое детей: сын Алеша и дочь Таня.

Дочь Тома, 1934 г. р. Родилась в Судженке. Получила высшее образование. Работала учителем в школе. Живет в Бердске. Дети: сын Валера, приемная дочь Лена и родная дочь Вероника.

Дочь Нина, 1935 г. р. Родилась в Судженке. Получила высшее образование. Защитила кандидатскую диссертацию. Работала биологом-энтомологом в Биологическом институте СО РАН в Новосибирске. Умерла в 2005 году в Новосибирске. Муж Вячеслав, живет в Абхазии. Дочь Наташа.

Дочь Алла, 1938 г. р. Родилась в Судженке. Работала на Новосибирском электровакуумном заводе (НЭВЗ). Сын Андрей. 

Сын Володя, 1939 г. р. Родился в Судженке. Получил высшее образование. Работал на НЭВЗ токарем, начальником цеха, председателем завкома. В 60-е годы возглавлял Заельцовский райком ВЛКСМ в Новосибирске. Умер в 2002 году в Новосибирске. Жена Галя. Двое детей: дочь Ольга (умерла), сын Андрей. 

Дочь Люба, 1943 г. р. Родилась в Судженке. Муж Валентин (умер). Дочь Люба.

Сын Виктор, 1945 г. р. Родился в Судженке. Получил высшее образование. Геолог. Долгое время жил в Николаевске-на-Амуре. Дети: Света, Саша, Юра, Паша.

Сын Саша, 1948 г. р. Родился в Яе. Получил высшее образование. Рабо-

тает программистом в «Росатоме». 

Жена Света. Сын Павел, внуки Антон и Артем.

 

Александр Павлович Богомяков о родителях

 

Когда Павел Малахович уехал из деревни Васильевки, история умалчивает. Агафья Павловна (Рожкова) была сирота. По рассказам, Павел Малахович посватался к ней. Она отказала. Но потом передумала и согласилась. Их совместный период жизни можно проследить по фотографиях, начиная с города Тайга. 



Мы всегда считали, что Павел Малахович родился в 1905 году. Однако по церковным записям выяснилось, что в 1903-м. Вот что он рассказывал мне об этом. Чтобы поступить в железнодорожное училище, Павел Малахович с помощью знакомых милиционеров убавил себе два года. Ему дали паспорт с 1905 годом рождения. Всеобщая паспортизация в СССР была в 1932-м. Однако служащим и членам их семей, возможно, паспорта выдавали раньше. Фото времен жительства в городе Тайга, похоже, отсутствуют, хотя там родилось четверо детей.

В Яю Павел Малахович и Агафья Павловна переехали 4 мая 1945 года. Заняли два вагона: в одном – семья и часть вещей, в другом – корова и оставшиеся вещи.

Потом Павел Малахович окончил курсы дежурных по станции и стал дежурным. Во время войны трудился начальником станции. Работники железной дороги имели бронь, поэтому его на фронт не отправили. Если бы взяли, то, думаю, Любы (1943), Вити (1945) и Саши (1948) не было бы. Не было бы и этого жизнеописания.

После войны его перевели в дежурные по станции, а затем запретили работать на железной дороге из-за проблем с сердцем.

Мама родила одиннадцать детей и всю жизнь занималась их кормлением и воспитанием. Помню, что ложилась она поздно, а вставала в пять-шесть утра. 


Первое время мы жили в доме по адресу: ул. Октябрьская, 50. На снимке указан как 1-й дом. Потом возле ж/д вокзала в барачном доме на ул. Вокзальная, 21 (2-й дом). Позже на ул. 8 Марта, 72 (3-й дом). На карте «Гугл» почему-то номер указан 71 (внизу карты). Это ошибка.
Слева на карте, где деревья, – кладбище. Поэтому мы с детства видели много похорон и мертвых не боялись. Ниже дома 71 видна ж/б коробка – остатки дома моего брата Лёни.

Помню, когда я приезжал на каникулы в Яю (в 1967–1972 годах учился в НЭТИ), то помогал Лёне строить этот дом. Дом получился замечательный, с водяным отоплением. Котел был в подвале. Но когда гражданская жена Рая умерла, брат начал пить, дела забросил, потом мы его забрали в Новосибирск. От дома мало что осталось, растащили все.

Мама, Агафья Павловна, прожила до мая 1967 года. Занимались мы с ней огородом. Периодически ей подкидывали внучат. Вот фото, на котором мама кормит Володиного сына Андрея. Это приблизительно 1963 год. И фото, где я с папой после операции на ноге в НИИТО в Новосибирске (правая нога в гипсе, костыли спрятал за спину). 

Примерно в 1963 году мы с отцом и братом Колей ездили в Капланцы на поиски родственников деда Малаха. Коля в то время работал директором завода полупроводников в Минске. Из Минска мы на его служебной машине и поехали. Расстояние примерно 140 километров. 


В апреле 1967 года у мамы была водянка и ей сделали операцию. Весть о том, что мама в больнице, собрала всех детей в Яю. Заодно мужики углубили колодец.

Мама находилась в больнице и вроде шла на поправку, поэтому настроение у всех было хорошее. Однако 5 мая 1967 года она умерла. Помню свое состояние. Ходил по огороду и плакал. Я вдруг отчетливо понял: умер человек, который любил меня не за заслуги, а за то, что я ее сын. Больше в жизни никто меня так любить не будет.

Похоронили маму на Яйском кладбище. В 2013 году два ее внука, Сергей и Леонид, были в Яе и привезли фото. Мамина фотография на памятнике сильно выцвела.

После похорон отец решил развеяться и поехал к детям погостить. Они жили в разных городах: Новосибирске, Томске, Тюмени, Обнинске. Отец уехал практически на все лето. Я остался с огородом в пятнадцать соток, но с друзьями, которые постоянно меня посещали. Позже Павел Малахович нашел гражданскую жену, с которой жил несколько лет. Я наведывался в каникулы. В этот же период в Яю приехал Лёня и начал строить дом напротив дома отца.

Потом Павла Малаховича с женой забрали в Новосибирск, где он умер в 1984 году. Фотографий этого периода нет. Есть фото, когда отец был в Новосибирске на свадьбе дочери Нины: с ее будущим мужем Славой Глущенко и родителями Славы.

Павел Малахович умер 10 марта 1984 года. Заболел гриппом, а организм уже слабый. Похоронен на Заельцовском кладбище в Новосибирске. Потом в этом же месте похоронили его детей, Володю и Нину.

Ниже мои воспоминания о маме и папе.

Сколько я помню маму, она всегда поздно ложилась и рано вставала. Утром насыпала полведра картошки, наливала воды и чистила. Потом накладывала в чугунок и ставила на плиту. Семья большая, еды нужно много. Ложилась спать поздно, в час-два ночи. Образования у мамы не было, но читать умела, 

правда, медленно. Поэтому иногда просила меня почитать. 

Получила орден «Мать-героиня», который вручался за десять детей. Ездила в Москву, вручал орден Д. Т. Шепилов В каком это году было, не знаю. Возможно, уже при Хрущеве. Шепилов стал секретарем ЦК в 1955 году.

Опыт в лечении и воспитании детей мама получила большой. Помню, у меня неделю был насморк, который никак не проходил. Я спросил: «Мама, что делать?» Она предложила мне одеться и часок походить по морозу. Насморк исчез – «выморозился». 

Лет в пять я заболел корью. Мама меня положила на полати русской печи. Там было очень жарко. Я просился вниз, но она заставляла меня лежать в жаре. Корь прошла практически за три дня.

Когда я был маленький, то у нас была и корова. Утром, когда мама ее доила, я прибегал с кружкой и она прямо в кружку надаивала мне парного молока. Потом остались только свиньи и куры, еще позже – лишь куры. Всегда было два охотничьих ружья: 12-й и 16-й калибры. Мясо ели не очень часто: куры, свиньи, а также утки и зайцы, подстреленные на охоте. Рыба на столе была регулярнее.

До реки от нашего дома было около двух километров. До Белой горы – около пяти. В двух километрах от Белой горы на берегу реки была избушка сплавщиков. Выше по реке рубили лес и сплавляли до Яйского лесокомбината. Весной, когда река разливалась, в избушке жили сплавщики. Как только река мелела, сплав бревен прекращался. Сплавщики уезжали из избушки, и она пустовала. 

Вот тут мы и занимали избушку (отец договаривался со сплавщиками). Заодно и охраняли ее. Река Яя на фото – слева от избушки. У отца была деревянная лодка, на которой мы плавали по реке. В 1968 году мы перестали посещать избушку и, говорят, хулиганы ее сожгли. 

Расстояние от дома до избушки – семь километров. Помню, пришел от избушки пешком домой и залез на кровать. Сестра Тамара отругала: «Ноги грязные, иди вымой». Ах, здесь надо ноги мыть... Повернулся и пошел опять в избушку за семь километров. 

Брат Виктор окончил Яйскую школу № 2 на три года раньше меня и поступил в Томский институт на геолога. Поэтому с 1964 по 1967 год с папой и мамой в Яе оставался я один. Однако братья и сестры приезжали часто. А иногда и внуков подбрасывали на время…


В сталинско-ежовские времена отец чудом не попал в лагеря. Однажды за ним пришли двое (это был 1937 или 1938 год) и сказали, что подождут его у нас дома. Видимо, это было в Судженке. В это время в семье жила и папина мама, жена Малаха – Евгения Леонтьевна (наша бабушка). Павел Малахович был в это время на дежурстве на станции. В семье уже было семеро детей. 

Бабушка встала на пороге, раскинула руки и сказала: «Не пущу. Вы мне детей разбудите. Если он вам нужен, идите на станцию к нему». Видя такую решительность, гости отступили. На станцию не пошли и больше не появлялись. Видимо, чтобы выполнить план по поимке врагов народа, схватили кого-то другого. Кстати, один из пришедших был наш дальний родственник.

После смерти Сталина, в 1954 году к отцу пришел один репатриированный мужик с бутылкой водки. Он рассказал, что, когда его арестовали, предлагали написать донос на отца. «Но ты такой хороший мужик, Павел Малахович, что я решил: отсижу сам, но на тебя донос никогда не напишу».

Просмотров: 396
Комментарии:
Это код:
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Введите сюда: